Биографии Характеристики Анализ

Ярослав Всеволодович (князь владимирский). Князь ярослав всеволодович

Ярослав II (Феодор) Всеволодович

Ярослав II (Феодор) Всеволодович (8 февраля 1191 г. - 30 сентября 1246 г.) - сын Всеволода Большое Гнездо и чешской королевны Марии Шварновны, отец Александра Невского.
Жены:
1) с 1205 г. дочь хана половецкого Юрия Кончаконича;
2) с 1214 г. дочь кн. Смоленского Мстислава Мстиславича Удалого, кн. Ростислава († 4 мая 1244 г.). От этого брака дети: Ярослав Тверской и Василий Мизинный.
Отец .Князь Переяславский: 1201 -1206 гг.

В 1201 г. Ярослав был назначен отцом () князем Переяславля южного.
В 1203 г. ходил на половцев.
В 1206 г., после гибели Романа Галицкого и начала борьбы за власть в Галиче, Ярослав по приглашению венгерского короля выехал в Галич, но прежде него туда успел представитель черниговских Ольговичей, Владимир Игоревич. В ответ Всеволод Чермный, занявший Киев, выгнал в 1206 г. Ярослава из Переяславля и посадил там своего сына Михаила.

Князь Галичский: 1206 - 1212 гг.

В 1206 г. жители города Галича (в Червонной Руси) избрали его князем, но Ярослав был изгнан оттуда князем Рюриком Ростиславичем и его союзниками, которые положили отдать Галич Владимиру Игоревичу, князю северскому.

Князь Переяславль-Залесский: 1212 - 1208 гг.

Ярослав возвратился в свой Переяславль, но и оттуда вскоре был изгнан Всеволодом Чермным, князем черниговским.

Князь-наместник Рязанский - 1208 г.

В 1208 г. Ярослав был послан отцом на княжение в Рязань после князя Романа Глебовича, после похода Всеволода III против Рязанского княжества, в котором принимал участие и Ярослав. Рязанцы вскоре возмутились против Ярослава, за что Рязань была сожжена Всеволодом, а Ярослав удалился во Владимирское княжество. Его преемником в Рязани становится Глеб Владимирович.
В 1209 г. Ярослав был послан отцом вместе с старшими братьями против Новгорода, который хотел поставить своим князем Мстислава Мстиславича, что не нравилось Всеволоду III; дело кончилось примирением сторон.
После смерти Всеволода III (1212 г.) в борьбе старших братьев из-за великого княжения Ярослав держал сторону Юрия против Константина.

Князь Новгородский: 1215 г., 1222 - 1223 гг., 1225 - 1228 гг., 1230 - 1236 гг.


Ярослав Всеволодович. Фреска церкви Спаса на Нередице близ Новгорода. Около 1246.

Князь Торжский: 1215 - 1216 гг.

В 1215 г. Ярослав был приглашен на княжеский стол новгородцами, где торжественно был встречен архиепископом Антонием и жителями. Только что ушедший из Новгорода князь Мстислав Мстиславич Удалой оставил здесь много своих сторонников. Он стал княжить с неимоверной строгостью и самовластием, схватил новгородского тысяцкого (Якуна Зуболомича) и новоторжского посадника и отправил их в оковах в Тверь. Потом собрал вече против Тысяцкого Якуна Намнежича. С веча народ бросился грабить Якунов двор, а жители Прусской улицы убили боярина Овстрата с сыном. Такое своеволие не понравилось Ярославу, он не захотел оставаться далее в Новгороде, выехал в Торжок, сел здесь княжить, а в Новгород посадит наместника, последовав в этом случае примеру деда, дядей и отца, которые покинули старый и утвердили свое пребывание в новых городах.
Скоро представился ему благоприятный случай стеснить Новгород и привести его окончательно в свою волю: мороз побил осенью весь хлеб в Новгородской волости, только в Торжке все было цело. Ярослав велел не пропускать в Новгород ни одного воза хлеба из Низовой земли; в такой нужде новгородцы послали к нему троих бояр с просьбой переехать к ним опять. Ярослав задержал посланных. А между тем голод усиливался, бедные люди ели сосновую кору, липовый лист, мох, отдавали детей своих в вечное холопство; трупы умерших валялись повсюду - по торгу, по улицам и по полю, собаки не успевали съедать их; большая часть вожан померла с голоду, остальные разбежались по чужим странам. Новгородцы послали к Ярославу посадника Юрия Ивановича и других знатных людей звать опять его к себе, он велел задержать и этих, а вместо ответа послал в Новгород двух своих бояр вывести оттуда свою жену. Тогда новгородцы послали к нему с последнею речью: «Ступай в свою отчину, к св. Софии, а нейдешь, так скажи прямо». Ярослав задержал послов, задержал всех гостей новгородских, и были в Новгороде печаль и вопль, говорит летописец. Расчет Ярослава был верен: старине новгородской трудно было устоять при таких обстоятельствах, но старая Русь была еще сильна своим Мстиславом.
Узнав, какое зло делается в Новгороде, Мстислав Удалой II февраля 1216 года приехал туда, схватил Ярославова посадника Хота Григорьевича, перековал всех его дворян, въехал на двор Ярославов и целовал крест новгородцам, а новгородцы к нему - не расставаться ни в животе ни в смерти.

Ярослав, узнав о новгородских новостях, стал готовиться к войне, велел наделать засеки по новгородской дороге к реке Тверце, а в Новгород отправил 100 человек из его жителей, казавшихся ему преданными, с поручением поднять мятеж против Мстислава и выпроводить его из города. Однако эти 100 человек, как только пришли в Новгород, так единодушно перешли на сторону Мстислава, который отправил в Торжок священника сказать Ярославу: «Сын! Кланяюсь тебе: мужей и гостей отпусти, из Торжка выйди и со мною любовь возьми!»

Ярославу не полюбилось это предложение; он отпустил священника без ответа, а всех новгородцев, задержанных в Торжке, числом более 2000, созвал на поле за город, велел схватить их, заключить в оковы и разослать по своим городам, имущество же их и лошадей раздал дружине. Выходка эта имела обратное следствие.
Все оставшиеся новгородцы 1 марта 1216 г. вместе с Мстиславом выступили против Ярослава. На реке Вазузе Мстислав соединился с двоюродным братом Владимиром Рюриковичем Смоленским. Несмотря на это, он опять послал к Ярославу с мирными предложениями, но тот велел отвечать: «Мира не хочу; пошли - так ступайте; на одного вашего придется по сто у наших». Тогда Мстислав с Владимиром двинулись к Твери и стали захватывать и жечь села. Узнав об этом, Ярослав выехал из Торжка в Тверь. Мстислав пошел дальше и принялся разорять Переяславскую волость, а к Константину Ростовскому послал с предложением союза. Константин немедленно соединился с ним, Ярославу пришли на помощь братья Юрий, Святослав и Владимир. Вместе с ними была вся сила Суздальской земли; прогнали всех - горожан и селян - у кого не было лошади, тот шел пешком. Страшное было чудо и дивное, говорит летописец: пошли сыновья на отцов, отцы на детей, брат на брата, рабы на господина, а господа на рабов. Всеволодовичи встали на реке Кзе, и Мстислав послал сказать Ярославу: «Отпусти новгородцев и новоторжцев, возврати волости новгородские, которые ты захватил; с нами примирись и крест целуй, и крови не проливай». Ярослав отвечал отказом: «Мира не хочу, новгородцев и новоторжцев не отпускаю; далеко вы шли, а вышли, как рыба на сухо».

Всеволодовичи, уверенные в своей силе, вели дело к битве. Мстислав отступил к реке Липице (около города Юрьев-Польский), и здесь 21 апреля произошло большое сражение.
Новгородцы с такой силой ударили на полки Ярославовы, что переяславцы не выдержали и побежали, а после лютой битвы обратилось в бегство и все войско. Ярослав прибежал в Переяславль на пятом коне, загнав четырех, и затворился в городе. Не довольно было ему первого зла, говорит летописец, не насытился кровью человеческой, избивши в Новгороде много людей, и в Торжке, и на Волоке, этого было ему все мало; прибежав в Переяславль, он велел и тут перехватать всех новгородцев и смолян, зашедших в землю его для торговли, и велел их бросить одних в погреб, других в тесную избу, где они и перемерли все числом полтораста.


Шлем Ярослава Всеволодовича, потерянный им в 1216 г. и найденный в 1808 г.

Тем временем Юрий сдал Мстиславичам Владимир (здесь сел брат его Константин), а сам поехал в Радилов на Волге. Но Ярослав не хотел покориться, заперся в Переяславле и думал, что отсидится здесь, но когда Мстислав с Константином двинулись к Переяславлю, то он испугался и стал слать к ним с просьбой о мире, а затем и сам приехал к брату Константину, ударил ему челом и сказал: «Господин! Я в твоей воле: не выдавай меня тестю моему Мстиславу и Владимиру Рюриковичу, а сам накорми меня хлебом». Константин помирил его с Мстиславом еще на дороге, и когда князья пришли к Переяславлю, то Ярослав одарил их и воевод богатыми дарами. Мстислав, взяв дары, послал в город за дочерью своей, женой Ярославовой. Ярослав не раз после этого посылал к нему с просьбой возвратить ему жену, но Мстислав не соглашался.
В 1218 г. Мстислав покинул Новгород и поехал в Галич. Среди новгородцев опять начались смуты, и, чтобы прекратить их, они вынуждены были опять просить князя у Юрия Всеволодовича.
В 1222 г. после похода под Кесь 12-тысячного войска во главе с младшим братом Ярослава Святославом (в союзе с литовцами) племянник Ярослава Всеволод уехал из Новгорода во Владимир, а на княжение в Новгород был приглашён Ярослав.
Новгородцы были рады Ярославу, говорит летописец.
К периоду 1222-1223 гг. относятся массовые восстания эстов против власти крестоносцев и их подавление. 15 августа 1223 г. крестоносцы взяли Вильянди, где находился русский гарнизон. Генрих Латвийский пишет: Что касается русских, бывших в замке, пришедших на помощь вероотступникам, то их после взятия замка всех повесили перед замком на страх другим русским. Между тем старейшины из Саккалы посланы были в Руссию с деньгами и многими дарами попытаться, не удастся ли призвать королей русских на помощь против тевтонов и всех латинян. И послал король суздальский своего брата, а с ним много войска в помощь новгородцам; и шли с ним новгородцы и король псковский со своими горожанами, а было всего в войске около двадцати тысяч человек. В 1223 г. Ярослав возглавил 20-тысячное новгородско-владимирское войско в походе под Ревель, после чего новгородским князем вновь стал Всеволод Юрьевич.
Ярослав разорил всю Чудскую землю, взял большую добычу и полон, но города не мог взять. Вскоре Ярослав добровольно покинул Новгород (около 1224 г.).
В 1225 г. Ярослав сменил Михаила Черниговского в Новгороде.
В том же году 7000 литовцев опустошили села около Торжка, не дойдя до города только трех верст, перебили многих купцов и захватили всю Торопецкую волость. Ярослав нагнал их близ Усвята, разбил, уничтожил 2000 человек и отнял добычу.
Зимой 1227 г. Ярослав ходил в Финляндию на Ем (Ям), «где, по замечанию летописи, ни един от князь русских не возможе бывати, и всю землю их плени».
В 1227 г. он, без всякого насилия с своей стороны, крестил корел, соседей Еми.
В том же году Ярослав поссорился с новгородцами из-за Пскова, который он хотел совершенно подчинить своей воле; он требовал, чтобы новгородцы шли с ним на Псков, но они отказались.
Ярослав уехал в Переяславль-Залесский, оставив в Новгороде сыновей (Федора и Александра).
В 1228 г. Ярослав привёл полки из Владимиро-Суздальского княжества, собираясь идти на Ригу, но план расстроился, поскольку псковичи заключили мир с орденом и опасались того, что Ярослав на самом деле планирует идти на Псков, а новгородцы отказывались идти без псковичей.
В том же 1228 г. Ярослав участвовал в походе брата своего Юрия на Мордву, затем захватил новгородскую волость Волок; новгородцы прислали послов с требованием возвратить Волок; Ярослав не только не отдал его, но удержал посла в плену.
В 1230 г. Ярослав снова был призван новгородцами на княжение.
В 1232 г. папа Римский Григорий IX призвал рыцарей Ордена меченосцев на борьбу с православием. В 1234 г. Ярослав вторгся под Дерптом и одержал победу в сражении на Омовже. Был подписан мирный договор между Новгородом и Орденом, по которому восточная и южная часть Дерптского епископства отошла к Пскову.

Великий князь киевский: 1236 - 1238гг.

В 1236 г., узнав, что Михаил Всеволодович Черниговский занят тяжелой войной с галицкими князьями Даниилом и Васильком Романовичами, Ярослав оставил в Новгороде сына Александра, взял с собою несколько знатных новгородцев, 100 человек новоторжан, полки переяславские и ростовские, двинулся на юг, опустошил Черниговскую волость и сел на великое княжение в Киеве.
Утвердившись в Киеве, пресёк борьбу между чернигово-северскими и смоленскими князьями за него и сконцентрировав вместе со старшим братом Юрием Всеволодовичем Владимирским два ключевых княжеских стола в то время, когда монголы вторглись в Волжскую Булгарию.
Более года он спокойно княжил здесь, как вдруг пришло известие о татарском нашествии и о страшном опустошении Владимиро-Суздальской земли. Бросив Киев, Ярослав поспешил на север, но не успел прийти вовремя. Юрий Всеволодович был разбит на Сити и погиб в битве.
В 1238 г. своим преемников в Киеве оставляет Михаила Всеволодовича.

В 1238 г. образовалось Белозёрское княжество (1238 - 1486 гг.) - столица Белоозеро (ныне Белозёрск), с 1432 г. Верея.
Уделы:
- Согожское княжество ок.1345 - 1375 гг.);
- Шелешпанское княжество (ок.1375 - 1410 гг.);
- Кемское княжество (ок.1375 - 1430 гг.) - столица село Кемь;
- Карголомское княжество (ок.1375 - 1430 гг.) - столица неизвестна;
- Дебринское княжество - столица неизвестна;
- Ухтомское княжество (ок.1410 - 1450 гг.) - столица неизвестна;
- Андожское княжество (ок.1385 - 1430 гг.) - столица неизвестна;
- Вадбольское княжество (ок.1410 - 1450 гг.) - столица неизвестна;
- Белосельское княжество (ок.1385 - 1470 гг.) - столица Белое Село;
В 1238 г. образовалось (1238 - 1460 гг.) - столица Стародуб.

Великий князь владимирский: 1238 - 1246 гг.

4 марта 1238 г. Юрий, великий князь владимирский, пал в битве с татарами на реке Сити. Ярослав, узнав о гибели брата, приехал княжить во Владимир.


Возвращение князя Ярослава Всеволодовича во Владимир после нашествия Батыя

Чориков Б. Великий князь Ярослав после разорения татарами Руси возобновляет города

В это время его стольный город представлял из себя груды развалин.
«Вступивши на великокняжеский престол, чтобы властвовать над развалинами, позаботился, прежде всего, о восстановлении соборного храма Успения.
Очистив храм от тела новых христианских мучеников, он похоронил здесь, под сводами, в одной каморе все погибшее великокняжеское семейство и святителя Митрофана, а затем, не желая разлучать останков своего доблестного брата от останков его семейства, Великий Князь Ярослав решил перенести во Владимирский и мощи св. Благоверного Великого Князя Георгия, которые покаялись в Ростовском соборе, перенесенные туда с поля битвы епископом Ростовским Кириллом. Таким образом, под древними сводами соборного храма нашли временное упокоение страдальцы земли Русской.
В тяжелые годины ига татарского Владимирский Успенский собор служил объединяющим центром для раздробленной и плененной Руси. Своей главной святыней – чудотворной иконой Богоматери, дважды спасенной от пожарищ, он привлекал к себе архипастырей Русской церкви и около ста лет имел весьма важное историческое значение, как главный храм столицы великокняжеской, как соборный храм митрополитов всея Руси». Георгиевский В., 1896 г. - Город Владимир на Клязьме и его достопримечательности.
Ярослав позаботился о приведении в порядок столицы, об очищении ее от трупов, наполнявших не только дворы и улицы, но даже храмы; затем он старался собрать и ободрить разбежавшихся от татарского нашествия жителей, утешил их и, как старший, начал распоряжаться волостями.
Литовцы, пользуясь стесненным положением северо-востока Руси, беспокоили Смоленск. Ярослав пошел против них, победил и пленил их князя.
В 1239 г. ходил под Смоленск, чтобы изгнать литовские полки.

1212-1216 гг. и 1219-1238 гг. - великий князь владимирский.
. ум. 1226 г.
1238 г. – захват Суздаля и Владимира войсками хана Батыя.

1238-1246 гг. - великий князь владимирский.
. 1246-1248 гг. - великий князь владимирский.
. 1248 г. - великий князь владимирский.
. 1249-1252 гг. - великий князь владимирский.

Copyright © 2015 Любовь безусловная

Князь Ярослав Всеволодович один из трех сыновей Всеволода Большое гнездо (братья Юрий и Константин) В 1216 году Ярослав и Юрий бились с Константином и новгородским князем Мстиславом Удалым на Липецком поле близ Юрье-Польского. Победил Константин.

Ярослав II (Феодор) Всеволодович (1190 - 1246) - князь новгородский, впоследствии великий князь, отец святого Александра Невского. В 1201 г. Ярослав был назначен отцом (Всеволодом III Большое Гнездо) князем Переяславля южного. В 1203 г. ходил на половцев. В 1206 г. жители города Галича (в Червонной Руси) избрали его князем, но Ярослав был изгнан оттуда князем Рюриком Ростиславичем и его союзниками, которые положили отдать Галич Владимиру Игоревичу, князю северскому. Ярослав возвратился в свой Переяславль, но и оттуда вскоре был изгнан Всеволодом Чермным, князем черниговским. В 1208 г. Ярослав был послан отцом на княжение в Рязань, после похода Всеволода III против Рязанского княжества, в котором принимал участие и Ярослав. Рязанцы вскоре возмутились против Ярослава, за что Рязань была сожжена Всеволодом, а Ярослав удалился во Владимирское княжество. В 1209 г. Ярослав был послан отцом вместе с старшими братьями против Новгорода, который хотел поставить своим князем Мстислава Мстиславича, что не нравилось Всеволоду III; дело кончилось примирением сторон. После смерти Всеволода III (1212) в борьбе старших братьев из-за великого княжения Ярослав держал сторону Юрия против Константина. В 1215 г. Ярослав был приглашен на княжеский стол новгородцами, где торжественно был встречен архиепископом Антонием и жителями. Он стал княжить с неимоверной строгостью и самовластием, схватил новгородского тысяцкого (Якуна Зуболомича) и новоторжского посадника и отправил их в оковах в Тверь, а сам, засев в Торжке, прекратил подвоз хлеба в Новгород. Новгородцы дважды посылали к нему послов, желая примирения, но Ярослав продолжал действовать по-прежнему. Тогда сторону новгородцев принял Мстислав Удалой (прежний их князь) и брат Ярослава Константин; за Ярослава вступился Юрий, но оба последние были разбиты наголову в битве на реке Липице (21 апреля 1216 г.). В 1222 г. мы снова видим Ярослава новгородским князем, по приглашению новгородцев. В том же году Ярослав ходил с новгородцами на город Колыван (Ревель), разорил всю Чудскую землю, взял большую добычу и полон, но города не мог взять. Вскоре Ярослав добровольно покинул Новгород (около 1224 г.). В 1225 г. Новгородская земля подверглась опустошительному набегу литовцев, и Ярослав, "сжалився" над новгородцами, по словам летописцев, выступил с другими князьями против литовцев; последние были разбиты близ Усвята, у них отбита добыча и некоторые их князья попали в плен. После этого новгородцы усиленно звали Ярослава к себе, и он согласился. Зимой 1226 г. Ярослав ходил в Финляндию на Ем (Ям), "где, по замечанию летописи, ни един от князь русских не возможе бывати, и всю землю их плени". В 1227 г. он, без всякого насилия с своей стороны, крестил корел, соседей Еми. В том же году Ярослав поссорился с новгородцами из-за Пскова, который он хотел совершенно подчинить своей воле; он требовал, чтобы новгородцы шли с ним на Псков, но они отказались. Ярослав уехал в Переяславль-Залесский, оставив в Новгороде сыновей (Федора и Александра). В том же 1228 году Ярослав участвовал в походе брата своего Юрия на Мордву, затем захватил новгородскую волость Волок; новгородцы прислали послов с требованием возвратить Волок; Ярослав не только не отдал его, но удержал посла в плену. В 1230 г. Ярослав снова был призван новгородцами на княжение. В 1234 г. он выступил против немцев, нападавших на новгородско-псковские земли; немцы были разбиты и заключили мир; тогда же было нанесение поражения и литовцам. В 1236 г. Ярослав, по настоянию брата Юрия (великого князя владимирского) и Даниила Галицкого, занял киевский великокняжеский престол, оставив в Новгороде сына Александра (Невского). 4 марта 1238 г. Юрий, великий князь владимирский, пал в битве с татарами на реке Сити, и Ярослав, по праву старшинства, занял престол великокняжеский во Владимире. В это время его стольный город представлял из себя груды развалин. Ярослав прежде всего позаботился о приведении в порядок столицы, об очищении ее от трупов, наполнявших не только дворы и улицы, но даже храмы; затем он старался собрать и ободрить разбежавшихся от татарского нашествия жителей. Литовцы, пользуясь стесненным положением северо-востока Руси, беспокоили Смоленск. Ярослав пошел против них, победил и пленил их князя. Мирная деятельность Ярослава была потревожена новым набегом татар на Суздальскую землю (разорение Мурома) в 1239 г. Батый, основав свою резиденцию в Сарае, потребовал к себе на поклон русских князей. Ярослав отправился в Сарай в 1243 г., а сына Константина послал в Татарию к великому хану. Батый принял и отпустил Ярослава с честью и дал ему старейшинство во всей Руси. В 1245 г. Ярослав, вместе с братьями (Святославом и Иваном) и племянниками, вторично отправился в Орду. Спутники его вернулись в свои отчины, а Ярослава Батый послал на берега Амура к великому хану. Здесь ему пришлось принять "много томления", по выражению летописца: против него велась, судя по некоторым сказаниям, какая-то интрига, действующими лицами которой являются боярин Федор Ярунович и ханша, которая под видом угощения поднесла Ярославу яду. Великий князь уехал от хана уже больным; через неделю (30 сентября 1246 г.) в дороге он скончался. Тело Ярослава было привезено во Владимир, где и похоронено в Успенском соборе.

Игорь Рюрикович

Святослав Игоревич

Владимир Святославич Великий

Ярослав Владимирович Мудрый

Всеволод Ярославич

Владимир Всеволодович Мономах

Юрий Владимирович Долгорукий

Всеволод Большое Гнездо

Ярослав Всеволодович

Основные города и уделы Владимиро-Суздальского княжества

ВЛАДИМИРО-СУЗДАЛЬСКОЕ КНЯЖЕСТВО, крупнейшее государственное образование в Северо-Восточной Руси X–XIII веков на территории междуречья Оки и Волги. В процессе феодализации здесь выросли в X–XI веках города Ростов, Белоозеро, Ярославль, Муром, Суздаль. Центром земли был Ростов. Первоначально связь Ростовского края с Киевской Русью выражалась лишь в уплате дани. Местные разноплеменные дружины участвовали в походах князя Олега на Киев (около 882), и Царьград (907). Киевский князь Владимир Святославич пытался прочнее связать Ростовскую землю с Киевским государством – в Ростове княжили его сыновья Борис и Ярослав, в Муроме – Глеб. По разделу Киевской земли между сыновьями Ярослава Мудрого (1054) Ростовская земля досталась Всеволоду Ярославичу. В это время возвышается Суздаль, куда Владимир Всеволодович Мономах с переходом края в 1093 году в его владения сажал князьями своих сыновей Ярополка, затем Юрия. Суздальскому княжеству пришлось выдержать тяжелую феодальную войну с Олегом Святославичем, пытавшемся завладеть северной вотчиной Мономаха (1096). В связи с этой усобицей Владимир Мономах основал в 1108 году мощную крепость на реке Клязьме – Владимир. Юрий Долгорукий, первый князь Суздальской земли родоначальник Владимиро-Суздальской династии, укреплял княжество и оборонял его от болгар. При нем выросли новые княжеские города и крепости, главным образом в черноземном центре княжества – «ополье» (Коснятин в устье реки Нерли – 1134, Переяславль-Залесский и Юрьев-Польский – 1152, Дмитров – 1154, укрепление Москвы – 1156). Его сын и преемник Андрей Боголюбский (1157–1174) продолжал политический курс отца на усиление княжеской власти и гегемонию княжества в русской земле. Однако ее центром он считал не Киев, а Владимир, который сделал столицей княжества. В 1174 году он пал жертвой боярского заговора, в организации которого, по видимому, участвовал Глеб Рязанский. Боярская знать при поддержке Глеба Рязанского, хотела утвердить на Владимирском престоле угодных ей князей. Опиравшиеся в междоусобной княжеской борьбе на поддержку горожан Владимира и Суздаля братья Андрея Михалка (ум. 1176) и сменивший его Всеволод Большое Гнездо одержали верх. Тонкий дипломат и искусный политик Всеволод Большое Гнездо (1176–1212) продолжал политическую линию отца и брата, успешно борясь с сепаратизмом местной знати. Боярство было сильно обескровлено в междоусобной борьбе. В 1177 были разгромлены войска рязанских князей (битва на Прусовой горе). В результате походов 1180, 1187. 1207 годов было сломлено сопротивление Рязани. Борьба на восточных рубежах Владимиро-Суздальского княжества против болгар подготавливала осуществленный позже выход к устью Оки. Длительные и первоначально успешные действия за подчинение Новгорода кончились восстанием новгородцев (1207) и выходом его из сферы владимирского влияния. В Южной Руси Всеволод усиливал свое влияние с помощью дипломатических интриг, вмешиваясь во внутренние дела князей, и ссорил их между собой, что привело к новому разгрому Киева (1203). Летописцы называли его «великим», князья – «господином».

В 1211 году Всеволод созвал совещание представителей от всех городов княжества, которое утвердило передачу княжения его сыну Юрию. Но после смерти Всеволода (1212) ростовское боярство стало разжигать усобицы между его старшим сыном Константином и Юрием, в которую втянулись силы Новгорода, Пскова и Смоленска под руководством Мстислава Удалого. Константин хотел восстановить стольные права боярского Ростова, Мстислав – ослабить силы Владимиро-Суздальского княжества и ликвидировать его приоритет. Юрий и поддерживающий его брат Ярослав были разбиты новгородцами в Липицкой битве (1216). Заняв престол, Константин поделил княжество между братьями. Единство Владимиро-Суздальского княжества было нарушено, образовались княжества Ростовское, Ярославское, Переяславское. После смерти Константина в 1218 году Юрий вернулся на княжение, восстановил свое господствующее положение и авторитет Владимиро-Суздальского княжества. Он продолжал наступление на восток, нанес крупное поражение болгарам (1220) и основал в устье реки Оки Нижний Новгород (1221). Было восстановлено владимирское влияние и в Новгороде Великом, где брат Юрия Ярослав вел активную оборону Северо-Западной Руси от усилившегося натиска немецких рыцарей и литовских феодалов.

В 1238 году орды Батыя разгромили Владимиро-Суздальское княжество, опустошили и сожгли его города. Но монгольское иго не смогло уничтожить высоких культурно-политических традиций Владимирской земли. Они были сохранены, восприняты и развиты в процессе «собирания Руси» Москвой в XIV–XV веках.

Советская историческая энциклопедия. М, 1966.

ВЛАДИМИРСКОЕ ВЕЛИКОЕ КНЯЖЕСТВО, в междуречье Оки и Волги в XII–XIV веках. Образовалось в 1157 году в связи с переносом великим князем Андреем Боголюбским столицы Ростово-Суздальского княжества из города Суздаль в город Владимир на Клязьме. При великом князе Андрее территория Владимирского великого княжества расширилась: на юго-востоке – до низовье Клязьмы, на востоке – до Волги, на северо-востоке – в бассейне Северной Двины. При великом князе Всеволоде Большое Гнездо на северо-востоке княжества основаны города Устюг, Унжа, на западе – Зубцов. После его смерти (1212) от Владимирского великого княжества отделились Ростовское, Переяславское, Юрьевское, Стародубское, Суздальское, Ярославское княжества. В 20-е годы XIII века были присоединены земли по нижней Оке, средней Волге, территории к северо-востоку от Костромы. Великие князья Андрей Боголюбский и Всеволод Большое Гнездо вели активную политику по отношению к Муромскому, Рязанскому, Черниговскому, Смоленскому, Киевскому княжествам и Новгородской республики. Великий князь владимирский был старшим в Северо-Восточной Руси. Он руководил внешней политикой и войсками всех Всеволодовичей, к нему отходили все выморочные княжества. В 1247 году после монгольских завоеваний (1237–1238) территория Владимирского великого княжества сократилась, однако оно оставалось самым крупным в Северо-Восточной Руси.

Отечественная история. Энциклопедия. М, 1995.

ВЛАДИМИР, центр Владимирской области, в 190 километрах к северо-востоку от Москвы. Основан в 1108 году как крепость князем Владимиром Всеволодовичем Мономахом для защиты Ростово-Суздальской Руси с юго-востока. В середине XII века Владимир – вотчиное владение князя Андрея Боголюбского, который в 1157 году перенес сюда столицу Владимиро-Суздальского княжества и пытался сделать Владимир общерусским центром.

СУЗДАЛЬ, во Владимирской области, областного подчинения, районный центр, в 35 километрах к северу от Владимира. Возник в IX–X веках на месте поселения финно-угорского племени меря. Впервые упоминается в Лаврентьевской летописи под 1024 годом, как город-крепость известен с 1096 года. До 1-й половины XII века Суздаль был владением великих киевских князей, которые выделяли его в удел младшим сыновьям. Первым самостоятельным князем Суздаля был Юрий Долгорукий, при нем город был столицей Ростово-Суздальского княжества, затем входил в состав Владимиро-Суздальского княжества. С XIII века – столица самостоятельного Суздальского княжества.

РОСТОВ, в Ярославской области, областного подчинения, районный центр, в 58 километрах к юго-западу от Ярославля. Расположен на низменном северо-западном берегу озера Неро.

Впервые упоминается в летописи под 862 годом. В X веке один из центров (наряду с Суздалем) Ростово-Суздальской земли, в XI – начале XIII века входил во Владимиро-Суздальское княжество, особый расцвет политической и культурной жизни Ростов переживал при князе Константине Всеволодовиче (1186–1219). С 1207 года, после распада Ростово-Суздальской земли, – столица Ростовского княжества.

ПЕРЕЯСЛАВЛЬ-ЗАЛЕССКИЙ, в Ярославской области, областного подчинения, центр Переславского района, в 124 километрах к юго-западу от Ярославля. Расположен на юго-восточном берегу озеро Плещеево, при впадении в него реки Трубеж.

Основан в 1152 году князем Юрием Долгоруким под названием Переяславль как один из укрепленных пунктов, защищавших границы Ростово-Суздальского княжества. В 1175–1302 годах центр Переславского (Залесского) княжества, затем вошел в состав Московского княжества.

ЯРОСЛАВЛЬ, центр Ярославской области, в 282 километрах к северо-востоку от Москвы. Расположен на реке Волга. Основан около 1010 года князем Ярославом Мудрым на месте древнего поселения Медвежий Угол. Впервые упоминается в летописи под 1071 годом. В XI–XII веках пограничный город Ростово-Суздальского княжества. С 1218 года – столица Ярославского княжества.

УГЛИЧ, в Ярославской области, районный центр, в 110 километрах к западу от Ярославля. Известен с 937 года. В XII – начале XIII века входил в состав Владимиро-Суздальского княжества, с 1207 года – Ростовского, с 1218 года – столица Угличского удельного княжества.

БЕЛООЗЕРО – БЕЛОЗЕРСК, районный центр к Вологодской области, в 214 километрах к северо-западу от Вологды. Расположен на южном низменном берегу Белого озера. Впервые упоминается в летописи под 862 годом. С 1238 года центр Белозерского княжества, торговый и ремесленный центр.

ТВЕРЬ, центр Тверской области, в 167 километрах к северо-западу от Москвы. Возник в XII веке, впервые упоминается в исторических источниках под 1164 годом. Первоначально принадлежал Новгороду, с 1209 года – Владимиро-Суздальскому княжеству. С 40-х годов XIII века – столица Великого Тверского княжества, один из политических и культурных центров Руси.

НИЖНИЙ НОВГОРОД, центр Нижегородской области, в 439 километрах к востоку от Москвы. Расположен у слияния Оки и Волги. Основан в 1221 году владимирским князем Юрием Всеволодовичем как крепость.

ТОРОПЕЦ, районный центр в Тверской области, в 332 километрах к западу от Твери. Впервые упоминается в Лаврентьевской летописи под 1074 годом как пограничный город Смоленского княжества. С 1167 года – центр удельного княжества; первым князем города был Мстислав Ростиславич Храбрый – сын смоленского князя Ростислава. После его смерти город перешел к его сыну Мстиславу, прозванному Удалым. В 1214 году новгородский князь Ярослав, отец Александра Невского, женился на дочери Мстислава Удалого Феодосии.

В 1226 году в городе произошло сражение с литовцами, который были разбиты войсками новгородского князя Ярослава и торопецкого князя Давида (брат Мстислава Удалого).

ДМИТРОВ, в Московской области, областного подчинения, районный центр, в 65 километрах к северу от Москвы. Расположен на реке Яхрома. Дмитров основан в 1154 году князем Юрием Долгоруким на месте древних славянских поселений как форпост Владимиро-Суздальской земли; назван князем по второму (христианскому имени сына Дмитрия (будущего князя Всеволода Большое Гнездо). В начале XIII века отошел к Переяславлю, находился в орбите междоусобных войн.

ГАЛИЧ, в Костромской области, районный центр, в 121 километре к северо-востоку от Костромы. Впервые упоминается в летописи под 1238 годом. В XIII веке Галич – центр Галицкого княжества, первым князем которого был брат Александра Невского Константин Ярославич.

КОСТРОМА, центр Костромской области, в 372 километрах к северо-востоку от Москвы. Основан в XII веке предположительно князем Юрием Долгоруким. Впервые упоминается в Воскресенской и Тверской летописях под 1213 годом. С середины XIII века – центр Костромского удельного княжества.

Города России. Энциклопедия. Москва, 1994.

Предшественник: Всеволод Юрьевич Преемник: Всеволод Юрьевич - Предшественник: Михаил Всеволодович Преемник: Михаил Всеволодович - Предшественник: Ростислав Михайлович Преемник: Александр Ярославич Невский - Предшественник: Владимир Рюрикович Преемник: Михаил Всеволодович - Предшественник: Юрий Всеволодович Преемник: Святослав Всеволодович Рождение: 8 февраля (1191-02-08 ) Смерть: 30 сентября (1246-09-30 ) (55 лет) Род: Рюриковичи , Владимиро-Суздальская ветвь Отец: Всеволод Юрьевич Большое Гнездо Мать: Мария Шварновна Дети: Фёдор , Александр Невский , Андрей , Михаил Хоробрит , Даниил, Ярослав , Константин , Мария, Василий Квашня , Афанасий, Ульяна (Евдокия)

Яросла́в (Феодор) Все́володович (8 февраля 1191 года - 30 сентября 1246 года), в крещении Фёдор - сын Всеволода Большое Гнездо , князь переяславский (1200-1206), князь переяславль-залесский (1212-1238), великий князь киевский ( - , -), великий князь владимирский ( -), князь новгородский (1215, 1221-1223, 1226-1229, 1231-1236).

Ранняя биография

Княжение в Новгороде и Киеве

В Орде остался сын Ярослава Константин. В 1245 году он был отпущен и передал, что хан требует к себе самого Ярослава. Ярослав с братьями и племянниками приехал к Батыю . Часть дел была решена в Орде, Святослав и Иван Всеволодовичи с племянниками отправились домой, а Ярослава Всеволодовича Батый направил в столицу Монгольской империи - Каракорум . Ярослав двинулся в далекий путь и в августе 1246 года приехал в Монголию, где был свидетелем воцарения великого хана Гуюка .

Смерть

Предки

Всеволод Ярославич
Владимир Всеволодович Мономах
Мономахиня
Юрий Владимирович Долгорукий
Неизвестно
Всеволод Юрьевич Большое Гнездо
Неизвестно
Ярослав Всеволодович Владимирский
Мария Шварновна , княжна ясская

См. также

Напишите отзыв о статье "Ярослав Всеволодович (князь владимирский)"

Примечания

Литература

  • Андреев А. Р. Великий князь Ярослав Всеволодович Переяславский: Документальное жизнеописание: Историческая хроника XIII в. - М .: Русская панорама, 1998. - 251 с. - ISBN 5-93165-005-9 .
  • Андреев А., Корсакова В. : «Паритет», 2004. - 688 с. - : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). - СПб. , 1890-1907.

Отрывок, характеризующий Ярослав Всеволодович (князь владимирский)

– Да, вот как! – сказал Ростов, видимо думая о другом.
Он пристально и вопросительно смотрел в глаза своему другу, видимо тщетно отыскивая разрешение какого то вопроса.
Старик Гаврило принес вино.
– Не послать ли теперь за Альфонс Карлычем? – сказал Борис. – Он выпьет с тобою, а я не могу.
– Пошли, пошли! Ну, что эта немчура? – сказал Ростов с презрительной улыбкой.
– Он очень, очень хороший, честный и приятный человек, – сказал Борис.
Ростов пристально еще раз посмотрел в глаза Борису и вздохнул. Берг вернулся, и за бутылкой вина разговор между тремя офицерами оживился. Гвардейцы рассказывали Ростову о своем походе, о том, как их чествовали в России, Польше и за границей. Рассказывали о словах и поступках их командира, великого князя, анекдоты о его доброте и вспыльчивости. Берг, как и обыкновенно, молчал, когда дело касалось не лично его, но по случаю анекдотов о вспыльчивости великого князя с наслаждением рассказал, как в Галиции ему удалось говорить с великим князем, когда он объезжал полки и гневался за неправильность движения. С приятной улыбкой на лице он рассказал, как великий князь, очень разгневанный, подъехав к нему, закричал: «Арнауты!» (Арнауты – была любимая поговорка цесаревича, когда он был в гневе) и потребовал ротного командира.
– Поверите ли, граф, я ничего не испугался, потому что я знал, что я прав. Я, знаете, граф, не хвалясь, могу сказать, что я приказы по полку наизусть знаю и устав тоже знаю, как Отче наш на небесех. Поэтому, граф, у меня по роте упущений не бывает. Вот моя совесть и спокойна. Я явился. (Берг привстал и представил в лицах, как он с рукой к козырьку явился. Действительно, трудно было изобразить в лице более почтительности и самодовольства.) Уж он меня пушил, как это говорится, пушил, пушил; пушил не на живот, а на смерть, как говорится; и «Арнауты», и черти, и в Сибирь, – говорил Берг, проницательно улыбаясь. – Я знаю, что я прав, и потому молчу: не так ли, граф? «Что, ты немой, что ли?» он закричал. Я всё молчу. Что ж вы думаете, граф? На другой день и в приказе не было: вот что значит не потеряться. Так то, граф, – говорил Берг, закуривая трубку и пуская колечки.
– Да, это славно, – улыбаясь, сказал Ростов.
Но Борис, заметив, что Ростов сбирался посмеяться над Бергом, искусно отклонил разговор. Он попросил Ростова рассказать о том, как и где он получил рану. Ростову это было приятно, и он начал рассказывать, во время рассказа всё более и более одушевляясь. Он рассказал им свое Шенграбенское дело совершенно так, как обыкновенно рассказывают про сражения участвовавшие в них, то есть так, как им хотелось бы, чтобы оно было, так, как они слыхали от других рассказчиков, так, как красивее было рассказывать, но совершенно не так, как оно было. Ростов был правдивый молодой человек, он ни за что умышленно не сказал бы неправды. Он начал рассказывать с намерением рассказать всё, как оно точно было, но незаметно, невольно и неизбежно для себя перешел в неправду. Ежели бы он рассказал правду этим слушателям, которые, как и он сам, слышали уже множество раз рассказы об атаках и составили себе определенное понятие о том, что такое была атака, и ожидали точно такого же рассказа, – или бы они не поверили ему, или, что еще хуже, подумали бы, что Ростов был сам виноват в том, что с ним не случилось того, что случается обыкновенно с рассказчиками кавалерийских атак. Не мог он им рассказать так просто, что поехали все рысью, он упал с лошади, свихнул руку и изо всех сил побежал в лес от француза. Кроме того, для того чтобы рассказать всё, как было, надо было сделать усилие над собой, чтобы рассказать только то, что было. Рассказать правду очень трудно; и молодые люди редко на это способны. Они ждали рассказа о том, как горел он весь в огне, сам себя не помня, как буря, налетал на каре; как врубался в него, рубил направо и налево; как сабля отведала мяса, и как он падал в изнеможении, и тому подобное. И он рассказал им всё это.
В середине его рассказа, в то время как он говорил: «ты не можешь представить, какое странное чувство бешенства испытываешь во время атаки», в комнату вошел князь Андрей Болконский, которого ждал Борис. Князь Андрей, любивший покровительственные отношения к молодым людям, польщенный тем, что к нему обращались за протекцией, и хорошо расположенный к Борису, который умел ему понравиться накануне, желал исполнить желание молодого человека. Присланный с бумагами от Кутузова к цесаревичу, он зашел к молодому человеку, надеясь застать его одного. Войдя в комнату и увидав рассказывающего военные похождения армейского гусара (сорт людей, которых терпеть не мог князь Андрей), он ласково улыбнулся Борису, поморщился, прищурился на Ростова и, слегка поклонившись, устало и лениво сел на диван. Ему неприятно было, что он попал в дурное общество. Ростов вспыхнул, поняв это. Но это было ему всё равно: это был чужой человек. Но, взглянув на Бориса, он увидал, что и ему как будто стыдно за армейского гусара. Несмотря на неприятный насмешливый тон князя Андрея, несмотря на общее презрение, которое с своей армейской боевой точки зрения имел Ростов ко всем этим штабным адъютантикам, к которым, очевидно, причислялся и вошедший, Ростов почувствовал себя сконфуженным, покраснел и замолчал. Борис спросил, какие новости в штабе, и что, без нескромности, слышно о наших предположениях?
– Вероятно, пойдут вперед, – видимо, не желая при посторонних говорить более, отвечал Болконский.
Берг воспользовался случаем спросить с особенною учтивостию, будут ли выдавать теперь, как слышно было, удвоенное фуражное армейским ротным командирам? На это князь Андрей с улыбкой отвечал, что он не может судить о столь важных государственных распоряжениях, и Берг радостно рассмеялся.
– Об вашем деле, – обратился князь Андрей опять к Борису, – мы поговорим после, и он оглянулся на Ростова. – Вы приходите ко мне после смотра, мы всё сделаем, что можно будет.
И, оглянув комнату, он обратился к Ростову, которого положение детского непреодолимого конфуза, переходящего в озлобление, он и не удостоивал заметить, и сказал:
– Вы, кажется, про Шенграбенское дело рассказывали? Вы были там?
– Я был там, – с озлоблением сказал Ростов, как будто бы этим желая оскорбить адъютанта.
Болконский заметил состояние гусара, и оно ему показалось забавно. Он слегка презрительно улыбнулся.
– Да! много теперь рассказов про это дело!
– Да, рассказов, – громко заговорил Ростов, вдруг сделавшимися бешеными глазами глядя то на Бориса, то на Болконского, – да, рассказов много, но наши рассказы – рассказы тех, которые были в самом огне неприятеля, наши рассказы имеют вес, а не рассказы тех штабных молодчиков, которые получают награды, ничего не делая.
– К которым, вы предполагаете, что я принадлежу? – спокойно и особенно приятно улыбаясь, проговорил князь Андрей.
Странное чувство озлобления и вместе с тем уважения к спокойствию этой фигуры соединялось в это время в душе Ростова.
– Я говорю не про вас, – сказал он, – я вас не знаю и, признаюсь, не желаю знать. Я говорю вообще про штабных.
– А я вам вот что скажу, – с спокойною властию в голосе перебил его князь Андрей. – Вы хотите оскорбить меня, и я готов согласиться с вами, что это очень легко сделать, ежели вы не будете иметь достаточного уважения к самому себе; но согласитесь, что и время и место весьма дурно для этого выбраны. На днях всем нам придется быть на большой, более серьезной дуэли, а кроме того, Друбецкой, который говорит, что он ваш старый приятель, нисколько не виноват в том, что моя физиономия имела несчастие вам не понравиться. Впрочем, – сказал он, вставая, – вы знаете мою фамилию и знаете, где найти меня; но не забудьте, – прибавил он, – что я не считаю нисколько ни себя, ни вас оскорбленным, и мой совет, как человека старше вас, оставить это дело без последствий. Так в пятницу, после смотра, я жду вас, Друбецкой; до свидания, – заключил князь Андрей и вышел, поклонившись обоим.
Ростов вспомнил то, что ему надо было ответить, только тогда, когда он уже вышел. И еще более был он сердит за то, что забыл сказать это. Ростов сейчас же велел подать свою лошадь и, сухо простившись с Борисом, поехал к себе. Ехать ли ему завтра в главную квартиру и вызвать этого ломающегося адъютанта или, в самом деле, оставить это дело так? был вопрос, который мучил его всю дорогу. То он с злобой думал о том, с каким бы удовольствием он увидал испуг этого маленького, слабого и гордого человечка под его пистолетом, то он с удивлением чувствовал, что из всех людей, которых он знал, никого бы он столько не желал иметь своим другом, как этого ненавидимого им адъютантика.

На другой день свидания Бориса с Ростовым был смотр австрийских и русских войск, как свежих, пришедших из России, так и тех, которые вернулись из похода с Кутузовым. Оба императора, русский с наследником цесаревичем и австрийский с эрцгерцогом, делали этот смотр союзной 80 титысячной армии.
С раннего утра начали двигаться щегольски вычищенные и убранные войска, выстраиваясь на поле перед крепостью. То двигались тысячи ног и штыков с развевавшимися знаменами и по команде офицеров останавливались, заворачивались и строились в интервалах, обходя другие такие же массы пехоты в других мундирах; то мерным топотом и бряцанием звучала нарядная кавалерия в синих, красных, зеленых шитых мундирах с расшитыми музыкантами впереди, на вороных, рыжих, серых лошадях; то, растягиваясь с своим медным звуком подрагивающих на лафетах, вычищенных, блестящих пушек и с своим запахом пальников, ползла между пехотой и кавалерией артиллерия и расставлялась на назначенных местах. Не только генералы в полной парадной форме, с перетянутыми донельзя толстыми и тонкими талиями и красневшими, подпертыми воротниками, шеями, в шарфах и всех орденах; не только припомаженные, расфранченные офицеры, но каждый солдат, – с свежим, вымытым и выбритым лицом и до последней возможности блеска вычищенной аммуницией, каждая лошадь, выхоленная так, что, как атлас, светилась на ней шерсть и волосок к волоску лежала примоченная гривка, – все чувствовали, что совершается что то нешуточное, значительное и торжественное. Каждый генерал и солдат чувствовали свое ничтожество, сознавая себя песчинкой в этом море людей, и вместе чувствовали свое могущество, сознавая себя частью этого огромного целого.
С раннего утра начались напряженные хлопоты и усилия, и в 10 часов всё пришло в требуемый порядок. На огромном поле стали ряды. Армия вся была вытянута в три линии. Спереди кавалерия, сзади артиллерия, еще сзади пехота.
Между каждым рядом войск была как бы улица. Резко отделялись одна от другой три части этой армии: боевая Кутузовская (в которой на правом фланге в передней линии стояли павлоградцы), пришедшие из России армейские и гвардейские полки и австрийское войско. Но все стояли под одну линию, под одним начальством и в одинаковом порядке.
Как ветер по листьям пронесся взволнованный шопот: «едут! едут!» Послышались испуганные голоса, и по всем войскам пробежала волна суеты последних приготовлений.
Впереди от Ольмюца показалась подвигавшаяся группа. И в это же время, хотя день был безветренный, легкая струя ветра пробежала по армии и чуть заколебала флюгера пик и распущенные знамена, затрепавшиеся о свои древки. Казалось, сама армия этим легким движением выражала свою радость при приближении государей. Послышался один голос: «Смирно!» Потом, как петухи на заре, повторились голоса в разных концах. И всё затихло.
В мертвой тишине слышался топот только лошадей. То была свита императоров. Государи подъехали к флангу и раздались звуки трубачей первого кавалерийского полка, игравшие генерал марш. Казалось, не трубачи это играли, а сама армия, радуясь приближению государя, естественно издавала эти звуки. Из за этих звуков отчетливо послышался один молодой, ласковый голос императора Александра. Он сказал приветствие, и первый полк гаркнул: Урра! так оглушительно, продолжительно, радостно, что сами люди ужаснулись численности и силе той громады, которую они составляли.
Ростов, стоя в первых рядах Кутузовской армии, к которой к первой подъехал государь, испытывал то же чувство, какое испытывал каждый человек этой армии, – чувство самозабвения, гордого сознания могущества и страстного влечения к тому, кто был причиной этого торжества.
Он чувствовал, что от одного слова этого человека зависело то, чтобы вся громада эта (и он, связанный с ней, – ничтожная песчинка) пошла бы в огонь и в воду, на преступление, на смерть или на величайшее геройство, и потому то он не мог не трепетать и не замирать при виде этого приближающегося слова.
– Урра! Урра! Урра! – гремело со всех сторон, и один полк за другим принимал государя звуками генерал марша; потом Урра!… генерал марш и опять Урра! и Урра!! которые, всё усиливаясь и прибывая, сливались в оглушительный гул.
Пока не подъезжал еще государь, каждый полк в своей безмолвности и неподвижности казался безжизненным телом; только сравнивался с ним государь, полк оживлялся и гремел, присоединяясь к реву всей той линии, которую уже проехал государь. При страшном, оглушительном звуке этих голосов, посреди масс войска, неподвижных, как бы окаменевших в своих четвероугольниках, небрежно, но симметрично и, главное, свободно двигались сотни всадников свиты и впереди их два человека – императоры. На них то безраздельно было сосредоточено сдержанно страстное внимание всей этой массы людей.
Красивый, молодой император Александр, в конно гвардейском мундире, в треугольной шляпе, надетой с поля, своим приятным лицом и звучным, негромким голосом привлекал всю силу внимания.
Ростов стоял недалеко от трубачей и издалека своими зоркими глазами узнал государя и следил за его приближением. Когда государь приблизился на расстояние 20 ти шагов и Николай ясно, до всех подробностей, рассмотрел прекрасное, молодое и счастливое лицо императора, он испытал чувство нежности и восторга, подобного которому он еще не испытывал. Всё – всякая черта, всякое движение – казалось ему прелестно в государе.
Остановившись против Павлоградского полка, государь сказал что то по французски австрийскому императору и улыбнулся.
Увидав эту улыбку, Ростов сам невольно начал улыбаться и почувствовал еще сильнейший прилив любви к своему государю. Ему хотелось выказать чем нибудь свою любовь к государю. Он знал, что это невозможно, и ему хотелось плакать.
Государь вызвал полкового командира и сказал ему несколько слов.
«Боже мой! что бы со мной было, ежели бы ко мне обратился государь! – думал Ростов: – я бы умер от счастия».
Государь обратился и к офицерам:
– Всех, господа (каждое слово слышалось Ростову, как звук с неба), благодарю от всей души.
Как бы счастлив был Ростов, ежели бы мог теперь умереть за своего царя!
– Вы заслужили георгиевские знамена и будете их достойны.
«Только умереть, умереть за него!» думал Ростов.
Государь еще сказал что то, чего не расслышал Ростов, и солдаты, надсаживая свои груди, закричали: Урра! Ростов закричал тоже, пригнувшись к седлу, что было его сил, желая повредить себе этим криком, только чтобы выразить вполне свой восторг к государю.
Государь постоял несколько секунд против гусар, как будто он был в нерешимости.
«Как мог быть в нерешимости государь?» подумал Ростов, а потом даже и эта нерешительность показалась Ростову величественной и обворожительной, как и всё, что делал государь.
Нерешительность государя продолжалась одно мгновение. Нога государя, с узким, острым носком сапога, как носили в то время, дотронулась до паха энглизированной гнедой кобылы, на которой он ехал; рука государя в белой перчатке подобрала поводья, он тронулся, сопутствуемый беспорядочно заколыхавшимся морем адъютантов. Дальше и дальше отъезжал он, останавливаясь у других полков, и, наконец, только белый плюмаж его виднелся Ростову из за свиты, окружавшей императоров.

Яросла́в (Феодор) Все́володович (8 февраля 1190 года или 1191 года - 30 сентября 1246 года), в крещении Фёдор - сын Всеволода Большое Гнездо, князь переяславский (1200-1206), князь переяславль-залесский (1212-1238), великий князь киевский (1236-1238, 1243-1246), великий князь владимирский (1238-1246), князь новгородский (1215, 1221-1223, 1226-1229, 1231-1236).

Ранняя биография

В 1200 году Ярослав был послан своим отцом править в Переяславль. В 1206 году, после гибели Романа Галицкого и начала борьбы за власть в Галиче, Ярослав по приглашению венгерского короля выехал в Галич, но прежде него туда успел представитель черниговских Ольговичей, Владимир Игоревич. В ответ Всеволод Чермный, занявший Киев, выгнал в 1206 году Ярослава из Переяславля и посадил там своего сына Михаила. В 1208 году Ярослав участвовал в походе на Рязань и временно стал наместником отца в Рязанском княжестве, за исключением Пронска.

В 1215 при уходе Мстислава Удатного на юг Ярослав был призван княжить в Великий Новгород. Началась борьба между владимирскими и смоленскими князьями, продолжавшаяся с перерывами до 1216 года. В ходе одного из примирений Ярослав женился вторым браком на дочери Мстислава Удатного.

Уже будучи смертельно больным, Всеволод передал ему Переяславль-Залесский. В конфликте, возникшем после смерти отца между старшими братьями, Константином и Юрием, Ярослав поддержал Юрия и был разбит вместе с ним в Липицкой битве (1216).

Княжение в Новгороде и Киеве

В 1222 году после похода под Кесь 12-тысячного войска во главе с младшим братом Ярослава Святославом (в союзе с литовцами) племянник Ярослава Всеволод уехал из Новгорода во Владимир, а на княжение в Новгород был приглашён Ярослав.

К периоду 1222-1223 годов относятся массовые восстания эстов против власти крестоносцев и их подавление. 15 августа 1223 года крестоносцы взяли Вильянди, где находился русский гарнизон. Генрих Латвийский пишет: Что касается русских, бывших в замке, пришедших на помощь вероотступникам, то их после взятия замка всех повесили перед замком на страх другим русским…Между тем старейшины из Саккалы посланы были в Руссию с деньгами и многими дарами попытаться, не удастся ли призвать королей русских на помощь против тевтонов и всех латинян. И послал король суздальский своего брата, а с ним много войска в помощь новгородцам; и шли с ним новгородцы и король псковский со своими горожанами, а было всего в войске около двадцати тысяч человек .Выступившее из Новгорода не ранее июля новгородско-владимирское войско во главе с Ярославом не успело на помощь гарнизону Вильянди, но провело поход под Ревель, после чего новгородским князем вновь стал Всеволод Юрьевич.

В 1225 году Ярослав сменил Михаила Черниговского в Новгороде. В том же году 7000 литовцев опустошили села около Торжка, не дойдя до города только трех верст, перебили многих купцов и захватили всю Торопецкую волость. Ярослав нагнал их близ Усвята и разбил, уничтожив 2000 человек и отняв добычу. В 1227 году Ярослав ходил вместе с новгородцами на ямь и в следующем году отразил ответное нападение. В том же 1227 году он осуществил крещение племени корела.

После утверждения на черниговском княжении (1226) Михаил Всеволодович вступил в борьбу с Ярославом за Новгород. Ярослав заподозрил Юрия, женатого на сестре Михаила, в союзе с ним, и вступил в переговоры с племянниками Константиновичами, но конфликт не разгорелся: Ярослав и племянники признали Юрия отцом и господином (1229). В 1231 году Ярослав и его брат Юрий владимирский вторглись в Черниговское княжество, сожгли Серенск и осадили Мосальск, после чего новгородский престол на протяжении столетия занимали только потомки Всеволода Большое Гнездо.

В 1228 году Ярослав привёл полки из Владимиро-Суздальского княжества, собираясь идти на Ригу, но план расстроился, поскольку псковичи заключили мир с орденом и опасались того, что Ярослав на самом деле планирует идти на Псков, а новгородцы отказывались идти без псковичей. В 1232 году папа Римский Григорий IX призвал рыцарей Ордена меченосцев на борьбу с новгородцами, препятствующими католизации финских племён. В 1234 году Ярослав вторгся во владения Ордена под Дерптом и одержал над крестоносцами победу в сражении на Омовже. В результате был подписан мирный договор между Новгородом и Орденом, по которому восточная и южная часть Дерптского епископства отошла к Пскову.

В 1236 году Ярослав с помощью новгородцев утвердился в Киеве, чем пресёк борьбу между чернигово-северскими и смоленскими князьями за него и сконцентрировав вместе со старшим братом Юрием Всеволодовичем Владимирским два ключевых княжеских стола в то время, когда монголы вторглись в Волжскую Булгарию. В Новгороде Ярослав оставил сына Александра (будущего Невского) как своего представителя.

Княжение во Владимире

Весной 1238 года после разгрома Северо-Восточной Руси монголо-татарами и гибели великого князя Владимирского Юрия Всеволодовича, Ярослав вернулся во Владимиро-Суздальскую землю, и как следующий по старшинству брат занял владимирский великокняжеский стол. В 1239 году ходил под Смоленск, чтобы изгнать литовские полки, практически одновременно с черниговско-галицким походом на Литву. На престол вернулся представитель местной династии Всеволод Мстиславич. Примерно в то же время монголы разорили Рязань (вторично), Муром, Нижний Новгород и Переяславль-Русский. Ярослав им не противодействовал.

Чориков Б. Великий князь Ярослав после разорения татарами Руси возобновляет города

После взятия Чернигова монголами осенью 1239 года Лаврентьевская летопись фиксирует захват Ярославом семьи Михаила черниговского в Каменце на киево-волынском пограничье. Горский А. А. связывает это с походом Ярослава на юг, в результате которого Киев был занят представителем смоленской династии Ростиславом Мстиславичем. Согласно другой точке зрения (Грушевский М. С., Майоров А. В.), захват семьи Михаила произвёл Ярослав Ингваревич, подручник Даниила Галицкого.

В 1242 году Ярослав посылал войско во главе со своим сыном Андреем на помощь новгородцам против ливонских рыцарей (Ледовое побоище).

В 1243 году Ярослав первым из русских князей был вызван в Золотую Орду к Батыю. Он был утверждён на Владимирском и, судя по всему, Киевском княжениях и был признан «стареи всем князем в Русском языце ». Ярослав не поехал в Киев (посадив там наместником Дмитра Ейковича), а избрал своей резиденцией Владимир, тем самым завершив длительный процесс перемещения номинальной столицы Руси из Киева во Владимир, начатый ещё Андреем Боголюбским.

В Орде остался сын Ярослава Константин. В 1245 году он был отпущен и передал, что хан требует к себе самого Ярослава. Ярослав с братьями и племянниками приехал к Батыю. Часть дел была решена в Орде, Святослав и Иван Всеволодовичи с племянниками отправились домой, а Ярослава Всеволодовича Батый направил в столицу Монгольской империи - Каракорум. Ярослав двинулся в далекий путь и в августе 1246 года приехал в Монголию, где был свидетелем воцарения великого хана Гуюка.

Смерть

Ярослав подтвердил ярлык в 1246 году у хана Гуюка. Ярослава позвали к матери великого хана - Туракине, которая, как бы желая оказать честь русскому князю, дала ему есть и пить из собственных рук. Возвратившись от ханши, Ярослав заболел и через семь дней 30 сентября умер, причем тело его удивительным образом посинело, почему все и думали, что ханша отравила его. Практически одновременно (20 сентября) в волжской Орде был убит второй из трёх самых влиятельных русских князей - 67-летний Михаил Всеволодович Черниговский, по легенде отказавшийся пройти обряд языческого поклонения (почти годом ранее Даниил Галицкий при личном визите к Батыю признал зависимость от ханов).

Брак и дети

  • Первая жена: с 1205 года, дочь половецкого хана Юрия Кончаковича.
  • Вторая жена: с 1214 года, Ростислава-Феодосия , в постриге Евфросинья (?-1244), дочь Мстислава Мстиславича Удатного, князя торопецкого. Когда Ярослав потерпел неудачу в борьбе с князьями, в том числе со своим тестем, тот увёз дочь к себе и не отдавал, несмотря на мольбы мужа. Вскоре она всё-таки вернулась. Именно она, по-видимому, была матерью всех его сыновей
  • Часть исследователей считают, что со второй женой Ярослав развёлся к 1216 году. А к 1218 году женился в третий раз на Феодосии/Ефросинье, дочери Игоря Глебовича, от которой и рождены все дети.
  • Фёдор (1220-1233), князь Новгородский, умер перед свадьбой в 13-летнем возрасте
  • Александр Невский (1221-1263), князь переяславль-залесский, князь новгородский, Великий князь Владимирский
  • имя неизвестно (1222-1238), князь тверской
  • Андрей (1225-1264), князь суздальский, Великий князь Владимирский
  • Михаил Хоробрит (1226-1248), князь московский, Великий князь Владимирский
  • Даниил (1227-1256)
  • Ярослав (1229-1271), князь тверской, Великий князь Владимирский
  • Константин (1231-1255), князь галич-мерьский
  • Афанасий (род. и ум. 1239)
  • Мария (род. и ум. 1240.)
  • Василий Квашня (1241-1276), князь костромской, Великий князь Владимирский
  • Ульяна (Евдокия) (род. и ум. 1243)

Пятеро сыновей Ярослава (Михаил - Андрей - Александр - Ярослав - Василий) были великими владимирскими князьями в период с 1248 по 1277 год. Фёдор, Александр и Ярослав были также князьями новгородскими.